ПОЧЕРК И ХАРАКТЕР – ДВЕ РАЗНЫЕ ВЕЩИ! («ВОСКРЕСЕНЬЕ»/«НОВАЯ ГАЗЕТА»)


 

 

 

 

 

 

Говорят, в Америке человека не примут на работу без графологической экспертизы его почерка. Там вполне согласны с мнением о том, что характер сильно влияет на каллиграфические способности. Если бы подобную практику применяли у нас, то, скорее всего, руководители предприятий оказались бы в большом затруднении: и при существующей безработице принимать на работу было бы ровным счетом некого. Но это, считает Татьяна Михайловна Леонтьева, автор программы «Каллиграфъ», не свидетельствует об отвратительном характере россиян. Просто результат того, что детей сегодня никто не учит соблюдать определённые нормы при письме. Да и так ли это нужно? Отсюда — первый вопрос автору программы:

 — Вы не думаете, что в умении писать каллиграфически красиво сегодня, в век компьютеров, нет надобности?

 — Какой толк от компьютера, если ребёнку в классе нужно написать сочинение, а на всю школу только один ПК, и тот стоит на пятом этаже под замком у бабы Маши?

— То есть цель ваших занятий чисто прикладная — облегчить жизнь школьников?

— Мы занимаемся бытовой каллиграфией. Основной вид деятельности ученика — письмо. Научить ребёнка красиво писать в школе очень сложно. Тем более, что никто этим серьёзно не занимается. Нам в училище чистописание преподавали на первом курсе в первом семестре. Причем занимались мы чем угодно, кроме самого чистописания. Я тогда ничему не научилась. Из учебных пособий даже взрослому человеку трудно понять, как писать правильно. А в письме кроется ключ успешной учёбы ребёнка. Если у него формируется неясный почерк, ему без конца об этом напоминают. Так развивается комплекс неполноценности. С другой стороны, с изменением почерка меняется и личность. В процессе обучения ребёнок обретает вкус красивого выполнения работы. Конечно, нельзя сказать, что за 15-20 часов мы выпускаем нового человека. Но какие-то изменения в нём происходят.

— Вы не думаете, что покушаетесь на святое — индивидуальность человека? После курса обучения дети пишут красиво и понятно, но... очень одинаково?

- Это только на первый взгляд так кажется. Стоит присмотреться повнимательнее, как сразу же заметишь, что почерки не одинаковые. Они по-прежнему отражают характер, темперамент своего владельца, несмотря на то, что соответствуют нормам.

— Как к вам пришла идея заниматься таким необычным делом? С чего начинали?

— «Каллиграфъ» — моя авторская программа. Сейчас ей уже три года. До того я работала в школе учителем начальных классов. По ряду причин решила уйти на вольные хлеба. Было очень страшно. Тем более, что зарплату учителям тогда выдавали регулярно, подобная самостоятельность была редкой. Месяца три-четыре работала репетитором — знакомые попросили «подтянуть» дочь по каллиграфии. Согласилась. В отличие от школы, сейчас никто не считал, сколько часов я уделила ребёнку. Важен был результат, и в минимум времени необходимо было вложить как можно больше информации. И ребёнок должен всё усвоить. Самое интересное, что если мой доход увеличивался втрое, вчетверо, впятеро, пропорционально увеличивалось свободное время. Это было новым. Постепенно пришла идея создания «Каллиграфа». Перечитала кучу литературы, «залезла» в XVIII век, ознакомилась с методиками в дореволюционных гимназиях.

В принципе, программу можно назвать мозаикой, но прокладка состоит из моих мозгов. Что-то взяла, от чего-то отказалась. Методики, которые прекрасно выглядели в теории, на практике оказались неприменимыми.

— На чём построена сама система обучения?

— Три наших «кита» — доступность информации, точные ориентиры и постоянный анализ. Сейчас мы ввели новый курс «Интенсив русского языка», который основан на тех же принципах. Каждый ребёнок проходит предварительное тестирование, где выявляются его проблемы. В соответствии с этим разрабатывается индивидуальная программа обучения. За два месяца ежедневных занятий школьник проходит программу годового курса русского языка и параллельно навёрстывает то, что не успел в предыдущие годы обучения. Интересно, что сейчас очень много открылось гимназий и лицеев, но знать тот же русский язык дети не стали лучше. Они учат всё —английский, немецкий, язык какого-нибудь южноафриканскою племени. На русском не умеют ни писать, ни говорить, ни думать. Речь скудна и безграмотна. Вот один пример. В упражнениях я предлагаю детям цитаты из Гоголя, из Библии — притчи Соломона, афоризмы. В одном задании дано потрясающее гоголевское описание дождя. Сын школьного психолога дочитал фразу до конца и ничего не понял. Удивлённо у меня спрашивает: о чём тут написано? Поэтому, несмотря на обилие лицеев, «Каллиграфъ» по швам трещит от учеников этих заведений. Характерная тенденция — раньше родители приводили к нам своих детей, сейчас дети приводят родителей. Недавно девочка пришла с мамой на собеседование. Мама отказалась спонсировать посещение дочерью «Каллиграфа», девочка привела бабушку. Та ей помогла. Сейчас она наша ученица. Но обучать каллиграфии мы намерены не только детей. В планах у нас — открытие мастер-класса для учителей.

— Татьяна Михайловна, что вам даёт «Каллиграфъ»?

— Кто-то правильно сказал: педагог это не профессия, а диагноз. Я ничем другим, кроме процесса обучения, заниматься на могу. Помните, в старых книгах писали, что цель педагогики — формирование цельной, всесторонне развитой личности. Я полностью с этим согласна. От наших уроков у ребёнка все равно отложится в голове что-то доброе и разумное. Поэтому от своей работы я получаю и моральное удовлетворение.


© Елена Загорская

Воскресенье/Новая газета, № 37 (60) 17-24 ноября 1999 г.


Комментарий «Каллиграфа»

Бурное начало компьютеризации в России в конце 1990-х годов породило множество мифов. Один из них — миф о неизбежно скором конце школьного письма от руки и массовом переходе школьников на компьютерное обучение. Многим тогда казалось, что исчезновение из начальной школы предмета «Чистописание» и появление в классах персональных компьютеров (ПК) является очевидным признаком прогресса российского образования. Считалось, что оно выходит на новый, более высокий уровень развития. При этом явными лидерами мирового образовательного процесса, безо всякого сомнения, признавались страны Запада, главным образом — США.

Педагогические вузы России прекратили готовить учителей начальных классов к обучению первоклассников письму. Отечественными органами образования вопросы подготовки детей к школе были делегированы родителям. Теперь при записи детей в первый класс от мам и пап стали требовать умение их ребёнка читать и писать.

Но постепенно становилось очевидным, что российская школа ещё долго не будет готова к переходу на компьютерное обучение. Более того, она не собирается отказываться от обязательного выполнения учащимися письменных классных и домашних работ. Вопреки оптимистичным прогнозам, во многих общеобразовательных учреждениях письменная нагрузка на учащихся не только не уменьшилась, но и возросла. Всё это в комплексе не могло не привести к довольно печальному результату: тотальной деградации традиционной культуры письма.

В этих условиях Татьяна Леонтьева стала двигаться против течения. Её курс красивого и быстрого письма «Каллиграфъ» совершенно не вписывался в постперестроечный  образовательный тренд. Он был абсолютно неинтересен школе, всё больше переходящей на западные образовательные стандарты, но вызвал большую заинтересованность со стороны родителей, беспокоящихся за будущее своих детей в новой России. Интерес проявляли и многие СМИ, пишущие на темы образования.

Впрочем, как мы видим, иногда журналисты либеральных СМИ упрекали Леонтьеву в ненужности и даже во вреде подобной деятельности, якобы уничтожающей индивидуальность характера. Утверждали, что дисциплина на её уроках и одинаково красивый почерк учеников «Каллиграфа» препятствуют творческому самовыражению ребёнка и являются «покушением на святое» — свободу личности. Однако такие голословные утверждения опровергались практикой. Сами родители учившихся в «Каллиграфе» детей не только радовались новому красивому и быстрому почерку детей, но и с удовольствием отмечали их возросшую ответственность и самооценку, развитие целеустремлённости, повышение интереса к учебной деятельности. Благодарность детей и родителей явилась лучшим доказательством правильности избранного «Каллиграфом» курса.